Евгений Онегин

«Я писал эту музыку с такой любовью, с такой искренностью!» (Пётр Чайковский). Опера «Евгений Онегин» была написана в 1878 году и сразу завоевала широкое признание. Ещё при жизни Чайковского её с триумфом исполняли в городах России и за рубежом. Зрителей привлекала глубина воплощённого в опере сюжета и удивительная красота музыки, в которой будто отражалась вся русская душа и культура. История двух молодых людей – петербургского денди Евгения Онегина, уставшего от праздных будней, и деревенской девушки, дочери помещицы Татьяны Лариной – получила у Чайковского особое музыкальное выражение. В его опере каждая нота, каждая мелодия отражает глубину чувств и переживаний героев, заставляя нас вновь и вновь испытывать радость первой любви, горечь отвержения и устремлённость веры… Пожалуй, сложно найти другую оперу, мелодии которой настолько известны каждому: это и сцена письма Татьяны «Я к вам пишу…», и ария Ленского «Куда, куда вы удалились…», ария Гремина «Любви все возрасты покорны…», и знаменитый Полонез, открывающий бал в доме Гремина.... Они давно вошли в репертуар ведущих солистов, звучат в концертных программах, фильмах и передачах В опере «Евгений Онегин» музыкально отражаются контрастные стороны русской действительности XIX века: из тихой российской провинции зритель переносится на величественный петербуржский бал; в опере звучат и крестьянские песни, французские куплеты Трике в доме Лариных; любовные признания Ленского к Ольге чередуются со сценами неразделённой любви Татьяны к Онегину. Трагическая сцена дуэли Онегина и Ленского, а также заключительная сцена признания Онегина с Татьяной усиливают драматическую линию сюжета. Режиссёрская версия Георгия Исаакяна подчёркивает теснейшую связь оперы с пушкинским оригиналом. Сценическое оформление спектакля, согласно режиссёру, опирается «на рукописи Пушкина с его характерным почерком и рисунками на полях». Можно сказать, что место действия оперы «Евгений Онегин» – это сам пушкинский текст. Поэтому многие события разворачиваются как бы в стенах библиотеки. Эта интерпретация отвечает идее самого Петра Чайковского: «…[Пушкин] силою гениального таланта очень часто вырывается из тёмных сфер стихотворчества в бесконечную область музыки… Независимо от сущности того, что он излагает в форме стиха, в его звуковой последовательности есть что-то проникающее в самую глубь души. Это что-то и есть МУЗЫКА».